Все разделы сайта DANILIDI.RU

Часть третья Проект Россия - 2

ВТОРАЯ КНИГА. ВЫБОР ПУТИ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Общая

  • Вступление
  • ГЛАВА 1. Этапы
  • ГЛАВА 2. Механизм
  • ГЛАВА 3. Признание ошибки
  • ГЛАВА 4. Характеристика ситуации
  • ГЛАВА 5. Сословия
  • ГЛАВА 6. Запутанные
  • ГЛАВА 7. Общество «крысиных королей»
  • ГЛАВА 8. Выход
  • ГЛАВА 9. Потребность

  • ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Кадровая

    • ГЛАВА 1. Кто есть кто
    • ГЛАВА 2. Приглашение
    • ГЛАВА 3. Идентификация
    • ГЛАВА 4. Ответственность
    • ГЛАВА 5. Организаторы
    • ГЛАВА 6. Объединение
    • ГЛАВА 7. Новая башня
    • ГЛАВА 8. На равных
    • ГЛАВА 9. Избранные
    • ГЛАВА 10. Дерзайте

  • ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. Теория

    • ГЛАВА 1. Импульс
    • ГЛАВА 2. Начало
    • ГЛАВА 3. Из ниоткуда
    • ГЛАВА 4. Продвижение


    ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ТЕОРИЯ

    ГЛАВА 1

    Импульс

    Элита безошибочно узнаёт настоящее дело уже в стадии зарождения. От него «пахнет» большой энергией, большими деньгами, большими изменениями. Большое созидание всегда «пахнет» большим разрушением. Запах этой энергии ни с чем не перепутать. Она приводит в движение элиту, вслед за которой приходит в движение всё общество.

    Чтобы самых честных и умных привести в движение, нужно изменить их отношение к демократии. Это делается через изменение сознания. Нужна информация, разрушающая ключевые узлы демократической конструкции.

    Решение задачи не в революциях, а в создании импульса. Все революции есть видимое продолжение импульса. Они видимое свидетельство того, что система пришла в необратимое движение. Породить импульс могут люди, чья душа стремится в мир идей, кому здесь тесно и скучно.

    Таких людей множество, но как их объединить в единый импульс? Здесь не работают лозунги, безотказно действующие на обывателя. Перед элитой можно хоть на голове ходить, объясняя, что «я не халявщик, а партнёр», действовать они будут, когда увидят ситуацию во всей полноте. Элита отличается от толпы стремлением понимать суть явлений. Если толпе достаточно фантиков, элите необходимо содержимое.

    Серьёзность предложения определяется цельностью логики. Чтобы воздействовать на лучших, информация должна быть рассчитана на осмысление. Эмоции могут оттенять и подчёркивать основные моменты, но никак не играть роли решающего аргумента. Эмоция без логики — пена. Фильмы и эстрада не могут заменить упорядоченную логику.

    Интеллектуальная подача информации соберёт нужных и отсеет лишних. Кто не воспринимает информацию в логическом формате, тот проходит мимо, потому что попросту не замечает её. Способность принять идею сознанием есть своего рода экзамен.

    Собирать людей, не понимающих ситуации в должном масштабе, значит, ограничить свой масштаб действия. Не может человек делать то, чего не вмещает. Вернее, может, если призывающий источник имеет огромный авторитет. Если такого авторитета нет, человек будет ограничен рамками своего понимания.

    Можно до посинения воевать с инородцами и иноверцами, выступать против той или иной социальной реформы или закона, всё это бьёт мимо цели. Чтобы бить в цель, бить по корням и ключевым узлам, в десятку, нужно понимать ситуацию во всей её полноте и глубине. Но для этого организм должен состоять не только из кулаков и зубов, но и мозгов и глаз.

    Мы пришли к однозначному выводу — идея наиболее эффективно продвигается в логическом формате. Убивается сразу нескольких зайцев. Во-первых, охватывается творческая и интеллектуальная элита. Во-вторых, отсеиваются лишние люди. В-третьих, создаётся коллектив равных единомышленников. Это инициирует самопроизвольный переход из количества в качество. Зарождается мозговой центр, костяк будущей структуры.


    «Можно всю энергию пустить «в гудок». Споры о том, что будет вместо демократии, могут длиться веками, тогда как с угрозами демократии нужно бороться уже сейчас» («Проект Россия», первая книга).

    Время спешит со страшной силой. Год за годом летят с такой скоростью, как раньше месяцы шли. Да, пока нет «чертежей», исполнители бессмысленны. Но так же верно и наоборот — без исполнителей «чертежи» бессмысленны. Здесь ситуация как с левым и правым ботинком — один без другого не имеет смысла.

    Мы видим форму государственного правления как самодержавие по типу СССР, где самодержцем выступала партийная элита. В нашей модели тоже правит элита, но принцип формирования правящей элиты другой. В третьей книге мы покажем, как действует этот механизм. В нём есть что-то от принципа формирования церковной элиты, что-то — от воинской, и ничего от коммерческой. В нашей модели ворота во власть для податного сословия закрыты.

    Вопрос, какое сословие оптимально подходит на роль властного, не имеет чёткого ответа. Есть общие контуры, что это точно не должны быть люди, высшей целью которых являются деньги. Для остальных сословий это вопрос открытый. Самым тщательным образом он рассматривается в третьей книге. Но и сказанного здесь достаточно, чтобы в самых общих чертах составить мнение и определиться, по пути вам с нами или нет.

    Чтобы от слов перейти к делу, достаточно понимать антидемократический вектор предстоящей деятельности и характер предстоящей работы. Грош цена тому, что непонятно как перенести на практику. Это как в притче про мышей, которые придумали обезопасить кота через вырывание у него зубов и когтей. Загвоздка была в исполнении «гениального» плана.

    В первой книге сказано: «Человек не сам себе выдумывает «добрые» дела, их определяет ситуация. Видишь, что тонет ребёнок — спасай его. Видишь, что твою Родину разоряют — защищай. В этом твоя вера. Если говоришь, Бог управит, это не вера, это лицемерие. Если говоришь, некогда ребёнка спасать, потому как занят «добрым делом», например, дерево сажаешь, — это ещё большее лицемерие. Делай, что должен, и будь что будет. Если у верующего нет дел, сообразных его талантам, получается, у него вера бесовская».

    Масса людей видит творящееся беззаконие и хочет его исправить. Хочет, но не может, потому что непонятно, что именно делать. Благие намерения, не имеющие конкретики, дальше эмоций не продвигаются (или продвигаются, но совсем не в ту сторону). Всем понятно — нужно спасать Россию от демократии. Но что конкретно делать? В какой конкретно деятельности должно выражаться это спасение?

    Когда люди хотят действовать, но не знают, что делать, тему осёдлывают болтуны. Ситуация развивается по стандартному пути современной политической партии. Чтобы избежать такого развития событий, нужно однозначно ответить на вопрос: «что делать». Нужен простой ответ. Такой же понятный, как, например, на вопрос, что делают врачи, ответом будет — лечат. Что делают военные? Защищают. Что делают строители? Строят. Учителя учат, торговцы торгуют, и прочее. Стоит учителям и врачам утратить чёткое понимание своей деятельности, всё утонет в общих словах о народе и возвышенной болтовне о счастье. Вместо лечения и учения будут митинги, избирательные кампании и обещания сделать «всё хорошо».

    Общие слова о России и про счастье народное надоели хуже горькой редьки. В них чувствуется подвох, слышится призыв идти туда, не знаю куда, и делать то, не знаю что. Люди хотят определённости, а вместо этого их кормят общими словами. Пока не будет предложено конкретной модели, дело дальше популизма не пойдёт.

    СССР создал атомное оружие, потому что понимал цель. Это позволило собирать не вообще хороших людей, болеющих за Россию, а лучших физиков-ядерщиков, математиков, инженеров. То есть, людей, имеющих непосредственное отношение к теме. Все чётко понимали цель — создание атомной бомбы. Все усилия акцентировались в этом коридоре. Физики в то время не выступали в Сарове на тему: «какой у нас хороший город»; «за мир во всём мире»; «за всё хорошее и против всего плохого»; «как здорово, что все мы здесь сегодня собрались».

    Первым делом нужен коллектив, концентрирующийся на проблеме, а не на красивых бантиках. Сегодня в патриотическом секторе наблюдается непрекращающийся спектакль театра абсурда. Хорошие честные люди собираются вместе, не обозначив главной цели, и далее начинается бесплатный цирк. Каждый говорит на тему, которая ему кажется главной. Потом каждый поднимает бокал за Россию. Поговорили-выпили-закусили, и на этом всё заканчивается. Решения как не было, так нет и не предвидится. Сюрреализм какой-то. Нельзя построить что-то хорошее, не обозначая прежде, что именно строить, храм или стадион.

    Кажется, это настолько очевидная истина, что не нуждается в доказательстве. Оказывается, ещё как нуждается. До хрипоты спорить нужно, и в итоге всё равно нет гарантии, что тебя поняли. Люди никак не осознают причины, из-за которой не получается продвинуться дальше общих слов и тостов. Если бы СССР так делал атомную бомбу, её бы и сейчас не было.

    Мы пришли к необходимости обозначить специфику нашей деятельности. Начнём с аксиомы: всякое действие есть следствие сознания. Люди покупают вещи, идут на концерт, штурмуют Зимний и совершают ещё тысячи действий, и все они следствие сознания. Это определяет характер и направление действия. Какое у человека сознание, такие будут и действия. Если система формирует потребительское сознание, ожидать непотребительского поведения несерьёзно. Если обществу внушили, главное — деньги, люди в точном соответствии с этим внушением строят модель поведения.

    Никакими призывами устранить внушение нельзя. Но пока это внушение не устранено, ситуацию в стране изменить нельзя. Кажется, замкнутый круг. Разорвать его можно, заменив потребительское эгоистическое сознание на традиционное человеческое.

    Сознание не переформатируется грубой силой или подкупом. Нельзя сказать человеку — на тебе миллион, думай иначе. Человек миллион возьмёт и на словах согласится думать иначе, но в реальности останется при своих мыслях. Изменить народное сознание может принципиально новая атмосфера. Создать такую атмосферу можно через продвижение идеи.

    Следующий вопрос — посредством чего можно изменить сознание? Понятно, что не путём насилия или операции на мозг. Сознание меняется введением информации. Другого способа нет. Источником информации является окружающая действительность, книги и фильмы, школа и СМИ, эстрада, игры, мода и прочее. Именно с их помощью формируется сознание.

    Чтобы общество «пошло», например, прямо, есть два варианта: понудить его физически или сформировать ему сознание таким образом, чтобы оно само двинулось в нужную сторону. Первый вариант самый неэффективный и недолговечный. Намного эффективнее структурировать сознание таким образом, чтобы индивиды сами решили идти в нужную обществу сторону.

    Если переместить группу юношей из пункта А в пункт Б насильно, это займёт много сил и возможны жертвы. А можно поставить рядом с пунктом Б красивых девушек и включить танцевальную музыку. Юноши сами устремятся в нужное место, как мотыльки на свет. Более того, они потратят свою энергию и ресурсы, чтобы преодолеть препятствия, если таковые возникнут на их пути. Эффективность ненасильственного варианта очевидна.

    Чтобы жители юга начали селекционировать морозоустойчивые сорта картофеля, а также изготавливать валенки и тулупы, их нужно переселить на Север (или создать условия Севера). Это самое оптимальное решение задачи. Чтение лекций по полезности валенок будет иметь нулевую эффективность. Усилия нужно тратить не на открытие курсов по изготовлению валенок, а на создание атмосферы, где валенки нужны.

    Нам нет необходимости создавать борцов за идею. Нам нужно создать условия, при которых эти борцы проявятся. Если людей за уши тянуть, результатом станет не идейная, а коммерческая структура. Члены этой структуры будут думать не как идею реализовать, а как получить тот или иной вид прибыли. Как снискать хлеб насущный, используя то, к чему имеют доступ.

    Сегодня Россия похожа на котёл с нарастающей температурой. Если социальным энергиям не дать выхода, они разорвут страну на множество «суверенных государств». Дать выход может идея, чётко указывающая направление. В безыдейном пространстве человек попадает в прострацию, выходом из которой становится сиюминутный личный интерес. Так как он у каждого свой, возникает система «лебедь, рак и щука». Когда каждый тянет в свою сторону, на смену человеческим отношениям приходят рыночные. Страна похожа на корабль, не имеющий генерального курса. Он просто гонится за прибылью, всегда следуя за косяком селёдки. Когда селёдка устремится в сторону рифов, корабль последует туда же.

    Рынок с помощью волшебной дудочки (СМИ) ведёт зачарованную массу в пропасть. Рост хаоса приближает страну к последней черте. Безыдейно-потребительское существование в условиях рынка активирует самоубийственные механизмы. Когда количество потребителей достигнет критической массы, Россия растает в этой атмосфере, как лёд на экваторе. Предотвратить печальный исход можно только через изменение сознания. Единственный способ изменить направление общества — поменять сознание 150 миллионам людей.

    Велосипедист может резко развернуться и поехать в противоположном направлении. Водителю грузовика с прицепом это не по силам. Он даже не может завернуть в поворот как велосипедист — простым поворотом руля. Чтобы грузовику повернуть налево, сначала нужно поворачивать направо. Чтобы железнодорожный состав или океанский лайнер развернулся, ему нужно сделать огромный крюк. У каждой «массы» свои законы разворота.

    Развернуть всю массу разом нереально. Здесь тоже есть своя инерция, свои законы. Сначала разворачиваются направляющие ведущие части, потом остальные. Когда первые ряды колонны солдат движутся, последние маршируют на месте. Когда первые остановились, последние ещё продолжают движение.

    Привести массу в движение можно через поэтапную активацию. Для этого нужно понимать, с какой части общества начинать, на какую часть общей массы оказывать воздействие. Чтобы понять принцип этой активации, рассмотрим некоторые аналогии.


    Стая и стадо идут туда, куда качнулась критическая часть общей массы. Толпа подпевает и раскачивается в такт, когда поёт и раскачивается её критическая часть. Если эта часть приходит в синхронное движение, следом приходит в движение вся система.

    Этот закон был отмечен ещё жрецами древнего Египта. Мириады светлячков в долине Нила вдруг начинали синхронно мигать, хотя минуту назад каждый мигал на свой лад, хаотично. Эффект возникал, когда в какой-то миг критическое количество светлячков случайно совпадало в темпе мигания. Как только возникала синхронная критическая масса, она задавала тон остальным. Окружающие светлячки начинали «идти в ногу», не сговариваясь. Общий ритм объединял разнонаправленных индивидов. Разрозненное становилось единым.

    Между единством противоположностей рождается разряд энергии, возбуждающий дух смерти или жизни. Энергия смерти и энергия жизни имеют равную силу и привлекательность, потому что из одного следует другое. Откуда приходит дух этой энергии и как он подчиняет массу, неизвестно. Несомненно только одно — начавшийся резонанс нельзя остановить.

    Этого эффекта можно добиться искусственно, не дожидаясь случайного совпадения. Массу можно привести в движение, активировав её критическую часть. Как, это чистая техника. Массовый резонанс будет нарастать, пока не охватит всё пространство.

    Силу духа, подчиняющего массу, иллюстрирует любопытный пример из советской истории. В одном из городов в 1960-е годы произошёл такой случай. Студенческий стройотряд завершил работу. Организаторы, комсомольские вожаки, решили отметить это как-то по-особенному. Предложили пройтись колонной с факелами по ночному городу. В этом было что-то завораживающее, привлекательное и манящее. Молодые люди были комсомольцами, сыновьями отцов, недавно победивших фашистскую Германию.

    И вот они выстроились. Ночь, факелы, строй. Сначала шли, как умели. И вдруг неуклюжий строй начал выравниваться, шаг чеканиться… Вскоре это уже были марширующие на параде части. Возникло факельное шествие. Спустя некоторое время кто-то начал отсчитывать шаги… на немецком языке. Представьте: факельное шествие в советском районном центре, ритм шагов которого отсчитывается на немецком языке. Это что-то из области фантастики, невероятное. Но это было в реальности. Показательно, что никто не мог противиться силе, захватившей массу.

    Позже по этому делу велось следствие, но виновных не установили. Все участники марша были допрошены представителями советских спецслужб. Никакого сговора или хотя бы намёка на него выявить не удалось. Каждый сказал, что испытывал на себе силу, противиться которой не мог. Будто люди неосторожно разбудили какую-то энергию, неприкаянно витавшую в этом месте, и дух вселился в группу марширующих комсомольцев. Возникло нечто общее, дух заворожил своей мощью всех. Каждый чувствовал себя не просто частью общей массы, а обладателем силы всей массы.

    Эффект, когда некая масса людей вдруг ощущает себя единым существом, чувствовал каждый футбольный болельщик на стадионе. Мужчины идут на футбол не счёт узнать. Оказавшись в коллективе, объединённым единой идеей, они чувствуют умножение силы в десятки и сотни раз. Один мужчина чувствует себя сильным как сто тысяч человек. Причём, этот эффект в более слабом выражении наблюдается на расстоянии. Идёт футбольный матч, и миллионы болельщиков превращаются в нечто общее. Как будто пространство пронизывает какая-то объединяющая энергия. При непосредственной близости этот контакт усиливается.

    Эффект возникает при вхождении массы в единый ритм. Когда говорят, что в коллективе сила человека многократно возрастает, это не аллегория, это правда. В боевом строю мужчины идут на верную смерть, тогда как в одиночку не смогли бы этого сделать. Культ силы свойствен мужской природе. Именно поэтому практически все футбольные болельщики мужского пола.

    Чтобы окончательно составить представление о силе, которую мы высвобождаем, прибегнем к ещё более яркому образу. Картина: солдаты в полный рост идут под шквалом вражеского огня. Их косят пули, но командир командует: «Держать строй!» И люди идут, держат строй и умирают в строю. С одной стороны, никакой логики в таком поведении нет. Смерть ради мгновения держать строй. С другой стороны, кто скажет, что это пустое, если люди за это умирают? Ни один здравомыслящий человек такого не скажет. Здесь просматривается логика высшего порядка, неведомая обычной жизни. Можно предположить, что в эти мгновения солдатам открывается что-то такое, ради чего стоит «держать строй». Минута жизни в таком строю даёт человеку энергию, которой среднестатистическому обывателю хватит на десять жизней.

    Размышляя о подобных вещах в мягком кресле и тёплой комнате, трудно войти в эту логику. Умереть только за то, что держал строй… Кажется, глупо. Но раз люди, обычные мужчины, которых мы видим каждый день на улице, совершают такое, значит, они попадают в зону действия особой логики. Так что рассуждения о глупости разумно попридержать…

    Здесь смотря с какой колокольни смотреть. С позиции тёплой кухни — глупо. С позиции вечности возникает другая логика. «Дни человека — как трава» (Пс. 103,15). Умрут нерационально державшие строй. Умрут рационально сидевшие в кустах. Потом все попадут в иррациональный мир, и откроется истина. Земная логика окажется глупостью, а нерациональное — мудростью. «Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым» (1-Кор. 3, 18).

    Человек «держит строй», когда возникает импульс. Без импульса он сливается с серой массой и всю жизнь идёт за знаменем, на котором ничего нет. Это закон, которому масса не может не подчиниться. Никто не в состоянии отменить закон. Ни один правитель не сможет противиться «синхронному миганию», вне зависимости от силы своей воли и ресурса.

    Когда в обществе нарастает массовый резонанс, остановить его может только встречная волна аналогичной природы. Нарастающее синхронное «мигание» может остановить встречный «мигающий» импульс. Технология похожа на тушение крупного лесного пожара. Навстречу случайно родившейся огненной стихии запускают искусственно созданную огненную стихию. Искусственный пожар идёт на случайный пожар. Две волны сталкиваются, обнуляя друг друга.


    ГЛАВА 2

    Начало

    Ситуация, в которой сегодня оказалось человечество, случается раз в три — пять тысяч лет. На вопрос, как это согласуется со Священным Писанием, ответ один: это случилось первый раз. Бог дал человеку волю и свободу выбора, чем отменил предопределённое будущее. Как дальше будут развиваться события, зависит от человека. Будущее зависит от того, насколько удачно мы найдём выход из сегодняшнего кризиса. Одно можно с уверенностью сказать: кризис не имеет силового решения. Если предположить, что можно спровоцировать катастрофу, возвращающую человечество в первобытный период, за три — пять тысяч лет всё восстановится в прежнем виде.

    Логика простая — для человеческой природы неотъемлемо стремление к благу. Это рождает прогресс, плодами которого в первую очередь пользуется армия. Чем совершеннее армия, тем дороже её содержание. Для этого требуется иметь развитую экономику. Чем больше свободы получает экономика, тем совершеннее армия и надёжнее защита общества. Главным ограничителем свободы является религия. Чем меньше религии, тем больше свободы, лучше развита экономика и далее по тексту.

    Общество переворачивается вверх ногами. Раньше безопасность общества зависела от религиозности воинов. Она давала ценности, за которые можно было умереть. В новом обществе всё наоборот — сила армии зависит от экономики, развитие которой зависит от отсутствия религии. В прежнем варианте: чем больше Бога, тем больше защиты. В современном варианте: чем меньше Бога, тем больше защиты. И сделать ничего нельзя, потому что невозможно убрать стремление человека к благу, что автоматически ведёт к прогрессу и прочее.

    Выходит, война не выход. Нет смысла уничтожать человечество. Пройдут тысячи лет, и снова повторится описанная выше последовательность. Мало того, что возврат в прошлое невозможен, так он ещё и бессмыслен. Возврат в прошлое не даёт выхода. Выход в строительстве будущего. Мы должны строить будущее человечества, а не принимать его стихийное развитие как норму. Миру нужна идея.

    Распространяя идею, мы заставляем работать закон больших чисел. Сработает закон системы. Гусеница превратится в бабочку, и начнётся новая эпоха. Поступательное движение импульса, который мы запускаем, закончится через тысячи лет. Новые изменения произведут новую ситуацию, где наш импульс иссякнет. Социальная конструкция потеряет связь с целым. Опять обнаружатся тенденции разложения. Снова начнутся процессы, превращающие возникшую на тот момент конструкцию в хаотичную массу. Что это будет, конец или начало, мы не знаем. Но это породит условия для новой синхронизации.

    Так рождаются и умирают эпохи. Из череды рождений и преобразований состоит история, в логику которой человек войти не в силах. Слишком большой масштаб, слишком далеко в будущее требуется смотреть, слишком много невидимых факторов нужно учитывать. Никто не в силах проникнуть в эти глубины. Это уже область не человеческая, но метафизическая.

    Здесь мы подходим к пределу наших откровений. Дальнейший разговор целесообразен с теми, кто понимает поднятый вопрос во всей полноте. Для большинства это бред сивой кобылы, потому что непонятно со всех сторон. Человечество обречено смотреть на звёзды, которые уже потухли, и не видеть звёзды, которые сейчас живут. Парадокс.


    Движение общества начинается с движения его самой активной части. Берём пример с демократов. Их мишенью были честные, творческие и умные люди. Именно по ним била пропаганда и именно с них началась демократизация общества. Честных и умных с обострённым чувством справедливости использовали втёмную. Людям не говорили целого, до них доводили часть. Но даже такая информация изменила их сознание. Все последующие действия были следствием нового мировоззрения. Мы же открываем для людей не часть, а целое, и потому рассчитываем произвести намного больший эффект.

    Честный по природе человек отличается от безразличного ко всему обывателя невозможностью жить против сердца, не по истине. Более того, он считает своим долгом открыть истину всем окружающим. Когда умным и честным изменили взгляд на мир, они начали разносить демократические установки на широкие массы.

    ЦК не нашёл ничего лучше, как противопоставить творчеству кулак. По анекдотам начали из пушек стрелять. Глупость получалась невообразимая, а эффект обратным.

    Руководители СССР не понимали характера ситуации. Скорее всего, это правда. Но даже если мы ошибаемся, если в ЦК все понимали, что они могли сделать? Запустить встречный импульс не могли, идеи не было. Идея построения коммунизма к тому времени превратилась в анекдот. Могли активировать активистов из среды простонародья, но это были люди меньшего масштаба. Мобилизованные на борьбу простецы, искренне верящие в светлое коммунистическое будущее, на интеллектуальном ринге оказались младенцами.

    Началось избиение младенцев. В ответ на силовое давление возникло искусство писать между строк. Тончайшие насмешки, читавшиеся в хвалебных одах строю, расшифровывались однозначно. Формально вроде «ура СССР», но послевкусие обратное. Придраться было не к чему, а отрицательный эффект налицо. В ту пору созрел такой анекдот: мужик раскидывает на Красной площади листовки. Его вяжет КГБ, отнимает листовки, а там ничего не написано. Его спрашивают: «Почему ничего не написано?» Он отвечает: «А зачем? Все и так всё знают».

    Простецы из народа ничего не могли противопоставить интеллектуальной тактике боя. Репрессии лишь подчёркивали образ душителя, формируемого СССР. Чем больше боролись с информационной агрессией, тем больше «борьба» способствовала росту агрессии. Образно говоря, пожар тушили керосином.

    Творческая элита вовсю рассказывала тонкие и похабные анекдоты про Россию. За ней потянулась масса. Сначала её самые способные представители, потом все подряд. В итоге СССР под конец своего существования превратился в страну воздыхателей по Западу.

    В первой книге мы подчёркивали, что «масса приходит в движение, следуя за свободными». Под свободными мы имели в виду элиту. Получается, чтобы изменить направление общества, первым делом нужно изменить направление элиты. Чтобы изменить направление элиты, нужно изменить её сознание. Резюмируя сказанное, получаем: чтобы развернуть общество, нужно до сознания элиты донести информацию, раскрывающую ложь демократии. В обществе возникнет критический импульс. Через некоторое время необратимые процессы охватят всё общество.

    Центральная задача «Проекта» — продвижение идеи. Здесь требуется некоторое уточнение. Мы неоднократно говорили об отсутствии проработанной модели, которой можно заменить существующую систему. Да, это так. Но в то же время мы указали на общие штрихи идеи. Указали, что принцип формирования правящей элиты по своему устройству близок к формированию элиты в Церкви. Как любой может стать монахом, так любой может войти в элитное сословие. Для этого нужна система, проверяющая искренность намерений человека. Мы говорили, что для управления «песочницей» нужны люди, которых не интересуют ценности в рамках «песочницы». Если человек заявляет о своём безразличии к «куличам», ему не составит труда жить в условиях, исключающих обладание «куличами». Вот такие пусть и управляют государством.

    Сегодня мы работаем над детализацией модели. Но в общих чертах она достаточно понятна. Некоторые трудности вызывает осмысление социального механизма, но они больше носят технический характер.

    На первом этапе продвижения идеи ориентир на элиту. Начальная цель — разоблачить «товарища волка» в глазах самых умных. Пока творцы и интеллектуалы похожи на Марью-искусницу, повторяющую: «Что воля, что неволя, всё равно», ситуация в принципе не имеет решения. Когда лучшим всё равно, борьба невозможна.

    Стратегия информационной войны развивается по одному сценарию. Сначала захватывают сознание мыслителей. Второй тур — сознание творческой интеллигенции и элиты. Третий тур — охват широкой массы посредством продукции, создаваемой захваченной интеллигенцией. Их творчество наиболее эффективно для внедрения в народное сознание.

    Сегодня в информационной войне оружием массового поражения стали СМИ. Телевизор точно так же расстреливает сознание простого человека, как вчера пушки расстреливали города и промышленные объекты. Оба варианта бомбардировки ведут к разрушению и хаосу. В одном случае дымились руины городов, в другом дымятся руины сознания.

    Стратегическая борьба никогда не велась копьями, пушками и ракетами. Оружие физического поражения вторично. Разверните сознание в другую сторону, и следом развернутся орудия. Если вы владеете танком, а некто сознанием танкиста, в конечном итоге танком владеет некто.

    Спасти Россию можно через изменение позиции элиты. Когда самые честные, умные и талантливые осмыслят демократию не по глянцевым перепевам свободы, а на фундаментальном уровне, у этой системы не будет шанса на существование.

    Последнее требование определяет уровень элиты. Большинство творческой интеллигенции довольствуются вершками. Они живут как стрекоза в басне, которая всё пела. Для них сама мысль участвовать в судьбе своей страны, как они выражаются, «не комильфо». Они всё поют, пляшут, мнят себя самыми свободными, не понимая, что являются инструментами в чужих руках, посредством которых решают задачу, которая находится за гранью их понимания.

    Этих «стрекоз» можно не принимать в расчёт. Это не элита, это простолюдины, наделённые творческими способностями. Они не способны заглядывать в суть явлений. Они как вода, потекут туда, куда им пророют канал. Сами они, как и масса, каналов не роют. Ими хорошо расширять уже прорытые каналы.

    Народ никогда не занимает активной позиции в информационной войне. Он всегда пассивен. Его мировосприятие не осознаёт опасности. Если он не видит физической агрессии, он не видит войны. Сегодня десятки миллионов родителей теряют своих детей в физическом и духовном смысле, и не понимают причины. Наряду с наркоманией, алкоголизмом и прочими способами «мирного» физического уничтожения нас уничтожают через развитие порока. Это страшная картина, но чтобы увидеть её, нужно смотреть на ситуацию с другой высоты. Дети не могут сделать этого, даже встав на цыпочки. Это по силам только взрослым. В данном случае под взрослыми мы понимаем элиту.

    Нужна высшая элита, способная объять сложившуюся ситуацию на интеллектуальном уровне. Вторым шагом она выразит осмысленную информацию в эмоциональном формате. Это сделает её доступной элите второго уровня. Далее они понесут информацию в широкие массы. Сдвинутся первые, следом сдвинутся вторые и далее третьи. Вагоны едут туда, куда едет паровоз. Паровоз едет туда, куда проложены рельсы. «Проекту» нужны укладчики информационных «рельсов».

    Сегодня человечество похоже на маятник, который раскачивался всё сильнее и сильнее, пока не достиг самого верхнего положения, где застыл в положении часовой стрелки, показывающей двенадцать. Ни одна живая душа в мире не может предсказать, в какую сторону он свалится в следующее мгновение. Его положение крайне неустойчивое, он обязательно свалится. Одинаково вероятно он может упасть как налево, так и направо. Всё зависит от ничтожной случайности, которой, возможно, являетесь вы, читатель.

    Система в шаге от смерти. Она может или погибнуть, или проявить неожиданные способности и перейти на более высокий уровень. Одним пальцем застывшую громадину можно толкнуть в любую сторону. Достаточно бабочке пролететь с нужной стороны, и мировой механизм придёт в действие. Заворочаются огромные маховики, закрутятся гигантские шестерёнки. Вся мощь государства устремится в ту сторону, куда мы толкнём маятник. И всё это будет следствием ничтожного, относительно будущих процессов, усилия. В этот момент понимание, в какую сторону толкнуть ситуацию, важнее любого ресурса.

    Стремительная синхронизация хаотичных действий в единый импульс возможна в системе, находящейся на грани хаоса. Мы являемся ярчайшим образцом такой системы. Для успеха необходим принципиально иной взгляд на организацию и окружающую среду. Долгосрочные детализированные планы здесь не нужны. Они ничего не дают, но отнимают кучу времени, ресурсов и энергии. Когда система находится в точке бифуркации (верхнее положение маятника), единственным действием, имеющим смысл, является концентрация своих малых усилий в конкретном направлении. Как бы ни были малы эти усилия, не смущайтесь. Не забывайте, взмах крыльев бабочки может вызвать ураган.

    Ваш толчок может привести огромную массу в движение. Чтобы понимать, в каком направлении её нужно двинуть и на что упирать, нужны не ресурсы, а ориентиры из области метафизики. Чтобы иметь такие ориентиры, нужен дух и воля. Идеальные ориентиры всегда недостижимы, они лежат за рамками системы. Но только они побуждают двигаться к запредельным целям.

    Процесс планирования импульса должен включать в себя разные, порой противоположные взгляды. Это есть показатель не противоречивости, а гибкости. Составить общее живое действие можно через множество несогласий, идущих в одном направлении. Возникает гибкость, позволяющая выживать в новых обстоятельствах.

    В рамках видимой жизни нет «единственно правильной» точки зрения. Есть постоянно меняющиеся ситуации, разрешение которых рождает новые противоречия, что омолаживает систему, спасая от сиюминутной «мудрости». Доминирование рационализма опасно тем, что укрепляет материальные узлы системы. Возникающая устойчивость лишает конструкцию гибкости. Система как бы костенеет, и уже не может встроиться в новые условия, возникающие не по законам рациональной логики. Меняться под новые условия она тоже не способна, потому что закостенела в рационализме. В этом смысле стабильность, выведенная из рациональности, оказывается фактором, разрушающим… систему.

    Идеальный вариант существования общества — доминирование метафизики. Вокруг метафизических догматов возникает своя особая социальная конструкция. Это спасает систему от окостенелости и держит её в резонансе с окружающей вселенной. Когда система строится вокруг потребительских догматов, принимаемых на веру точно так же, как и религиозные, возникает рациональная конструкция, обречённая быть раздавленной окружающим миром. Надо заметить, потребительские догматы тоже имеют метафизическую природу, но это другая природа, искажённая, повреждённая, несущая человеку зло.

    К сожалению, идеальный вариант кажется невозможен. Чтобы выстроить общество только на метафизике, надо исключить мешающие факторы. Для этого нужно не допустить возникновения на планете ни одного общества, построенного на рациональном мышлении. В противном случае стремление к благу выльется в эффект прогресса, что в итоге породит систему, разрушающую общества, построенные на метафизике.

    В наличествующих условиях нам видится синтез метафизического и рационального при доминировании метафизического, но учитывающего реальные опасности, исходящие от чисто рациональных обществ. Это позволит удерживать систему от однобокого материального развития, куда сейчас скатывается современный мир.

    Умаление метафизики приводит к опасной стабильности. Материализм, как визажист-косметолог, скрывает следы болезни на лице. Загоняя малые противоречия в подполье сознания, он создаёт условия их развития, накапливая проблемы. На неразрешённые противоречия накладываются новые противоречия, идёт процент на процент. Внутри системы скапливаются разрушительные энергии (например, двойная мораль). В конечном итоге видимая стабильность оборачивается крахом. Припудривание разлагающейся демократии есть медвежья услуга демократии. Очень скоро давление в котле превысит прочность самого котла.

    Чем сильнее сжимать пружину, тем сильнее она разожмётся. Одномоментный взрыв накопленных противоречий произведёт бóльшие разрушения, чем если бы эти противоречия стравливались малыми порциями-конфликтами. Миллионы кубометров воды, вылитые одним махом, произведут разрушительный эффект. Если те же миллионы тонн прольются малыми ручейками, разрушительного эффекта не будет.

    Современное общество окружило себя огромными дамбами. Эти дамбы трещат и качаются, а «вода» всё прибывает. Однажды она прорвёт дамбы. Грядущий потоп превзойдёт все известные человечеству катаклизмы. Что будет потом, никто не может предугадать. Система войдёт в новое состояние. Это означает рождение принципиально иной системы, неизвестной миру. По многим признакам приближается то, о чём говорит Откровение.

    Подлинные инициаторы этих процессов понимают указанные последствия. Но раз так, значит, за видимым действием стоят колоссальные невидимые цели. Здесь мы приходим к рубежу, выходящему за рамки этой книги. Пока отметим, что силе, ориентированной на запредельные цели, может противостоять сила, тоже имеющая запредельные ориентиры. Хорошие, добрые и честные люди, искренне борющиеся за социальные льготы, наивно полагая это корнем всех проблем, равно как любые коммерсанты, администраторы и завхозы, не могут образовать такую силу, потому что их ориентиры ограничены рамками земных пределов.

    С точки зрения рядового обывателя желание изменить вектор движения цивилизации (или создать новую цивилизацию) есть безумие, утопия, бред воспалённого воображения. Без метафизики невозможно прийти к реальности такой мысли. Приведите хоть тысячу фактов, свидетельствующих, что самые большие в истории события начинались с бесконечно малых усилий, для обывателя это как об стенку горох. Да, раньше совершались, согласится он, но теперь такое невозможно. На вопрос: «Почему?» он ответит: «Потому что». Вот и поговорили. И он расстанется с вами в полной уверенности, что это у вас бизнес такой непонятный. «Он вечный ребёнок, у которого меняются игрушки и игры, но не масштаб мышления. Сколько вы ему не объясняйте, он поймёт ровно столько, сколько сможет. Сколько ни лейте воды в стакан, в любом случае в него уместится лишь стакан. Всё, что сверх того, выльется» («Проект Россия», первая книга).

    ГЛАВА 3

    Из ниоткуда

    Помните, как в мультфильме «Маугли» вождь волков Акела спросил: «Сколько идёт рыжих псов?» Орёл ответил: «Они текут». Потребительская стихия течёт. Ей нет конца и края, она объяла планету. Невидимая смерть поглощает целые континенты, и кажется, от неё нет защиты.

    Сейчас огромная человеческая масса «мигает» в потребительском ритме. Противостоять миллиардной массе запретом или увещеванием нереально. Ей не нужно нравоучений и логических доказательств. Ей нужен тот, кто дотронется до её сердца и взорвёт сознание.

    На самом деле не всё так плохо. Оптимизм проистекает из понимания ситуации. Волна потребления не содержит в себе духа мощи, это аморфная природа. Потребительскую стихию можно сравнить с раскачиванием в такт песне. Энергия борьбы похожа на ритм железных легионов. Чуткие уши уже сегодня слышат гул железных шагов. Это наши идут.

    Помните сказку про Мальчиша-Кибальчиша? Кому наш вариант не понравится, извините. Делайте поправку на то, что в российском варианте демократия переводится как власть демонов.

    Спрашивает Главный Демон у своих демонкратов:

    — Ну что, демонкраты, добились вы победы?

    — Нет, Главный Демон, — отвечают демонкраты. — Мы отцов и братьев разбили, и совсем была наша победа, да примчался к ним на подмогу Мальчиш-Кибальчиш, и никак мы с ним всё ещё не справимся.

    Очень удивился и рассердился тогда Главный Демон, и закричал грозным голосом:

    — Может ли быть, чтобы не справились с Мальчишем? Ах вы, негодные демонкратишки! Как это вы не можете разбить такого маловатого? Скачите скорей и не возвращайтесь назад без победы.

    Вот сидят демонкраты и думают: что же делать? Вдруг видят: вылезает из-за кустов Мальчиш-Плохиш и прямо к ним.

    — Радуйтесь! — кричит он. — Это всё я, Плохиш, сделал. Я фильмы голливудские привёз. Я порнографию распространил. Я наркотики с педерастией пропагандировал. Прикрыл всё это словами о свободе и равенстве, и получилась чёрная бомба. Положил я эту бомбу под сознание народное. То-то сейчас грохнет!

    Обрадовались тогда демонкраты, записали поскорее Мальчиша-Плохиша в свою демонкратию. Дали ему модные штаны, плеер стильный, утюг крутой, телефон с играми и денег заморских. Сидит Мальчиш-Плохиш в модных штанах, плеер слушает, деньгами шелестит и радуется.

    Вдруг как взорвалась чёрная бомба! Взорвалась свобода порока! И так грохнуло, будто тысячи громов в одном месте ударили и тысячи молний из одной тучи сверкнули.

    — Измена! — крикнул Мальчиш-Кибальчиш.

    — Измена! — крикнули все его верные мальчиши.

    Но тут из-за дыма и огня налетела демонская сила, и схватила, и скрутила она Мальчиша-Кибальчиша. Заковали Мальчиша в тяжёлые цепи. Посадили Мальчиша в каменную башню. И помчались спрашивать: что же с пленным Мальчишем прикажет теперь Главный Демон делать?

    Долго думал Главный Демон, и наконец надумал:

    — Мы погубим этого Мальчиша. Но пусть он сначала расскажет нам всю их Великую Тайну. Вы идите, демонкраты, и спросите у него:

    — Отчего, Мальчиш, бились с Россией Сорок демонкратов да Сорок тиранов, бились, бились, да только сами разбились?

    Отчего, Мальчиш, и все газеты полны отравою, и всё телевидение забито гадостью, на всех углах мамоне молятся, со всех сторон рекламируют порок со стяжательством, а нет нам, демонкратам, покоя ни в светлый день, ни в тёмную ночь?

    Вы спросите, демонкраты, нет ли, Мальчиш, у Православного Царства, сокрытого в России от века, великого секрета?

    И пусть он расскажет секрет.

    Нет ли у православного народа чужой помощи?

    И пусть он расскажет, откуда помощь.

    Нет ли, Мальчиш, тайного хода из одной православной страны во все другие христианские страны, по которому как у вас кликнут, так у них откликаются, как у вас запоют, так у них подхватывают, что у вас скажут, над тем у них задумаются?

    Ушли демонкраты, да скоро вернулись:

    — Нет, Главный Демон, не открыл нам Мальчиш-Кибальчиш Великой Тайны. Рассмеялся он нам в лицо.

    — Есть, — говорит он, — и могучий секрет у православной России. И в каком бы обличии вы ни напали на нас, хоть волком хищным, хоть в овечьей шкуре, не будет вам победы.

    — Есть, — говорит, — и неисчислимая помощь, и сколько бы вы душу нашему народу ни травили, всех не перетравите, и не будет вам покоя ни в светлый день, ни в тёмную ночь.

    — Есть, — говорит, — и глубокие тайные ходы. Но сколько бы вы ни искали, всё равно не найдёте. А и нашли бы, так не завалите, не заложите, не засыплете. А больше я вам, демонкратам, ничего не скажу, а самим вам, проклятым, и ввек не догадаться.

    Нахмурился тогда Главный Демон и говорит:

    — Сделайте же, демонкраты, этому скрытному Мальчишу-Кибальчишу самую страшную Муку, какая только есть на свете, и выпытайте от него Великую Тайну, потому что не будет нам ни житья, ни покоя без этой важной Тайны. Не видать нам без неё мирового господства.

    Ушли демонкраты и вернулись нескоро.

    Идут и головами покачивают.

    — Нет, — говорят они, — Главный наш Демон. Бледный стоял он, Мальчиш, но гордый, и не сказал нам Великой Тайны, потому что такое уж у него твёрдое слово. А когда мы уходили, то опустился он на колени, приложился к православным иконам, и, ты поверишь ли, о Главный Демон, улыбнулся он так, что вздрогнули мы, демонкраты, и страшно нам стало. Не услышал ли он, как шагает по тайным ходам наша неминучая погибель?..

    — Что это за страна? — воскликнул тогда удивлённый Главный Демон. — Что за непонятная страна, где даже такие малыши знают Великую Тайну и так крепко держат своё слово? Торопитесь же, демонкраты, и погубите этого гордого Мальчиша. Заряжайте газеты и телевидение, компьютеры и кинотеатры новой порцией отравы, раскрывайте наши демонкратические знамёна, потому что слышу я, как трубят тревогу наши сигнальщики и машут флагами наши махальщики. Видно, будет у нас сейчас не лёгкий бой, а тяжёлая битва.

    И погиб Мальчиш-Кибальчиш… Но дело его не погибло. Освободилась Россия от чёрной власти Демона. Вернулась на землю добрая православная сказка. Жили в ней люди долго и счастливо. Воссиял из земли русской Крест Православный на всю Вселенную.


    Враг в сказке уже было праздновал победу, но вдруг из ниоткуда возникло препятствие, Казалось бы, ничтожное препятствие, но именно оно помешало. Враг не прошёл. Сегодня в России разворачиваются аналогичные события. И отцов враг разбил, и братьев, но вдруг из ниоткуда возникла сила, о которую он споткнулся. Как бы ни сложилась наша личная судьба, в любом случае запущенные мысли дадут эффект, которого враг не ожидал.

    ГЛАВА 4

    Продвижение

    Технологии

    Главное действие сводится к донесению до сознания общества идеи. К вытеснению демократии через продвижение идеи Православного Царства. Обывателю такое словосочетание должно казаться смешным. Но мы делаем упор именно на слово «Царство», обращаясь к элите, а не к смешливому обывателю. Можно было бы использовать другие слова, например, «империя» или «держава», но сейчас у них утрачены конкретные границы. Под империей каждый понимает своё, а нам нужна конкретика.


    Раз строительство царства начинается с изменения человеческого сознания, слово «Царство» в нашей ситуации создаёт максимально конкретный образ и ориентир. Конечно, оно далеко не так конкретно, как этого хотелось бы, но всё же в нём есть характерные черты. Это явно не демократическое, с религиозным уклоном, сильное, но при этом справедливое, устроенное по заповедям Божьим.

    Продвижение идеи Православного Царства похоже на рекламную деятельность. Разница лишь в том, что рекламное агентство продвигает чужие товары, а мы свою идею. Пример идеальной организации — Церковь. Её главная цель — распространение православия. «И, зажегши свечу, не ставят её под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме» (Мф. 5,15).

    В идеале Церковь не должна ни торговать, ни сеять, ни пахать. Её задача учить. Если Церковь займётся хлебопашеством, ремеслом или торговлей, она начнёт превращаться в крестьянскую общину, ремесленный цех, купеческую гильдию и прочее. Это тут же отразится на составе и качестве её служителей. Хозяйствующая или торгующая Церковь будет терять авторитет среди населения. Если ничего не изменить, она станет чем угодно, но перестанет быть Церковью.

    Любая идейная организация, хоть политическая, хоть религиозная, не должна ни копать, ни воевать, ни торговать. Смысл её деятельности — продвижение идеи. Идеи имеют смысл, если распространяются. Это упорядочивает общество, задаёт систему ценностей и ориентиры. Без идей нет ориентиров. Слепая масса потребителей гонится за призраками, позиционированными как ориентиры. Возникает толпа, которая давит сама себя.

    Наша задача — превратить Россию в общество больших и малых героев. Для этого нужно ликвидировать идейный вакуум. На вопрос, что делать, мы отвечаем: нужно продвигать идею. Этот ответ чётко обозначает характер нашей деятельности. Продвижение идеи это как вывеска на школе бокса или музыки. По одной вывеске человек определит, его ли это тема. Люди не по профилю сами отсекаются. На призыв к действию реагируют способные действовать.

    Продвижение идеи не сводится к узкому термину «пропаганда». Это не насилие над сознанием, не вдалбливание лозунгов и тезисов в духе политических агиток. Благотворное воздействие на духовный мир человека, на его сознание и подсознание невозможно через насилие. Таким способом можно разрушить сознание, но не восстановить. Это более тонкая работа. Тут до души нужно дотронуться, избегая набившей оскомину патриотической патетики.

    Здесь полезно учиться у врагов. Если, например, вы увидите картинку в стиле «кока-кола», где современные, счастливые и приятные молодые юноши и девушки изображены в движении, и под этой картинкой надпись: «весело и дружно мочим демократию», она произведёт на вас более эффективное впечатление, чем плакат в стиле ура-патриотизма.

    Политическая реклама в лоб даёт обратный эффект. В цене политический образ без политического антуража, в котором нет патетики. Он парадоксален и не вызывает отторжения. Более того, даёт ощущение положительного образа и даже продвинутости, молодости, крутости, энергичности.

    Сегодня враг вводит новые нормы, навязывает не традиционные обороты и фразы, а новые. Многие молодые люди уже говорят не «всё хорошо», а «всё ок». «Кока-кола» идёт ещё дальше. Она заменяет «всё хорошо» на «всё кока-кола». Нам тоже нужно двигаться в этом направлении. Когда станут говорить не «всё ОК», а «всё ПР» (Проект Россия), мы победили.

    Разные варианты и способы донесения информации можно сравнить с радиочастотами. Одни люди принимают информацию на длинных волнах, другие на средних, третьи на коротких. В каждом секторе есть широкий диапазон частот. Например, в книжном есть философская частота, есть детективная, поэтическая и десятки других. Разная форма донесения создаёт впечатление разной информации. Кажется, что общего между философской работой либерального учёного и любовным романом полуграмотной писательницы? При более внимательном изучении несложно понять, что в обоих произведениях проводится одна мысль — «бери от жизни всё».

    Сегодня эту технику очень успешно используют демократы. Они на разные лады вдалбливают потребительское мировоззрение. С одной стороны, телевизионные академики с умным видом проталкивают эту «истину». С другой стороны, клоуны отпускают пошлые шуточки. С третьей стороны, демократические философы бухтят. О том же самом вещают свободные художники, свободные СМИ, свободные политики. Несть числа «свободным». Кажется, вот она, свобода самовыражения, плюрализм мнений. Увы, вся свобода свободна в рамках одного коридора — «бери от жизни всё», «живём один раз», «думай о себе» и прочее. Кто выходит за эти рамки, того «свободные» СМИ обвиняют в пропаганде фашизма и терроризма.

    Кстати сказать, «телевизионных академиков» набирают по определённым параметрам. Требования жёсткие, как на медкомиссии лётчиков. Разница в том, что от лётчиков требуются конкретные физические и психологические качества, а от «телевизионных академиков» вполне конкретные требования по уровню интеллекта. Проще говоря, чтобы не очень умные были. В противном случае не смогут с необходимым запалом защищать демократию.

    Не только книги и фильмы формируют наше миропонимание. Этим занимаются эстрада, мода и прочее. Множество областей, не считающихся источниками информации, на самом деле несут огромный информационный поток. На подсознание помимо нашей воли воздействует не только прямая реклама, но и любое изображение, звук и даже дизайн.

    Вы заходите в магазин одежды, меряете, выбираете. Ни о какой политике, идеологии и мировоззрении думать не думаете. Но ваше сознание получает информацию от формы, дизайна, рисунков, цвета, этикеток и прочее, и ваше мировоззрение формируется. Вы заходите в столовую, кафе, ресторан и любое иное заведение общепита. В формировании вашего подсознания участвуют дизайн заведения, музыка, видеоряд и прочее. Вы идёте по улице, и архитектура зданий несёт определённую информацию. Дизайн предметов, от ручки до автомобиля, несёт информацию, формирующую ваше подсознание.

    Кажется, это такой бред! При чём тут ручки с дизайном, если человек на это и внимания-то не обращает. Оказывается, очень даже при чём. Сознание личности формируется исключительно благодаря информации, получаемой из внешней среды. Сам в себе человек никакой информации образовать не может. Отсюда такая страсть людей к подражанию. Если человека с детства поместить в информационный вакуум, человека не будет. Будет просто растение, туловище человека, в котором нет личности. Чтобы сформировалась личность, необходимо поступление информации извне. Какая информация будет поступать, такая личность будет формироваться.


    Однажды Ротшильд заявил, что ручка, дизайн которой ориентирован на негров, произведёт нужные изменения. Первая реакция нормального человека — вздор! Где связь негров и шариковой ручки? Но если вдуматься… Шикарная логика! Ручка для письма — это своеобразный мостик в другую культуру.

    Дело в том, что в африканской культуре нет техники записывания информации таким способом (ручкой). Если даже африканец неграмотный, его привлечёт дизайн ручки. Он купит её как атрибут причастности к другой, чужой цивилизации. У него будет то, чего нет у его собрата. Сам факт эксклюзива будет создавать различие, отдаляя его от одного берега, и по задумке, приближая к другому. Тысячи таких безобидных пустяков сделают своё дело.

    Эксперимент отчасти провалился. Попытка ассимилировать африканцев привела к образованию замкнутых негритянских гетто. Возникла особая субкультура. Да, они уже не поедут на родину, в Африку, но и членами потребительского общества в полной мере не стали. Эти кварталы превратились в своеобразное гетто, нарыв на теле западной цивилизации. В условиях демократии это явление не имеет решения. Оно демонстрирует тенденцию роста, и прогнозы весьма неутешительны.

    Мы не будем разбирать эту ситуацию. Примером с ручкой мы хотели показать не провал, а образ мысли. И подчеркнуть, что наши враги думают совершенно в другой плоскости и мыслят другими масштабом и категориями. Неудача означает поиск нового способа достижения цели. Они всё проанализируют и сделают соответствующие выводы.

    Будьте уверены, враги не остановятся в достижении цели. Они думают, экспериментируют, снова думают, снова экспериментируют. Не прошла ручка, пройдут компьютерные игры и ещё более тонкие вещи. «Оранжевые» революции не берутся с потолка. Это лишь результат невидимых экспериментов. Вначале формируется идея. Потом в неё вкладывается ресурс, создаётся и раскручивается нужный образ. Далее это уже готовый продукт, который подхватывают коммерческие люди. Процесс пошёл.

    Приведём несколько исторических примеров, демонстрирующих эффект такой технологии. Середина XX века, Англия. В стране социальный перекос. Масса молодых людей не может найти работу. Ситуация котла с растущим давлением. Множество молодых, здоровых и умных оказались лишними. Прогнозировался социальный взрыв. В атмосфере холодной войны это было бы серьёзным поражением. Никакими традиционными способами ситуация не решалась. Нужен был ход, и Англия нашла его. Она создала социальный клапан, субкультуру, получившую называние «хиппи» (счастливые), через который спустила лишний пар.

    Социальные технологи получили заказ, началась массовая пропаганда нового мировоззрения. Зазвучал призыв уходить из «мира душных городов» в мир «свободы и любви». Молодёжь подводили к мысли оставить «людей в футлярах», обывателей, чиновников и буржуа. Для этого был задействован огромный информационный и финансовый ресурс государства.

    Вскоре появились музыкальные группы, воспевающие уход из «прогнившего мира» в «мир грёз». Начали культивировать особый внешний вид, сленг, манеру общения. Употребление наркотиков преподносилось уже не как занятие низов, а как психоделическая культура элиты. Модные группы пели про «жёлтую субмарину» и «отель „Калифорния“». Обыватель ровным счётом ничего не понимал. Посвящённые слышали сленговые названия из субкультуры наркоманов.

    Параллельно активировали пропаганду распущенности. Всё подавалось как протест против старого мира. Явление продвигалось под знаменем сексуальной революции. Очень скоро это стало запредельно модно. Популярность нового мировоззрения стремительно росла. Возник новый стиль жизни, полноценная субкультура, в которую, как бабочки на свечу, слеталась молодёжь. Люди с неустоявшимся сознанием представляли собой идеальный материал для манипуляций.

    Произошло ровно то, о чём написано выше. Была сформирована критическая масса, которая создала импульс. Молодёжное сознание оказалось сражённым наповал. Все стали «мигать» в заданном ритме. Коммерсанты начали транслировать идею уже ради прибыли. Масса народу подсела на эту идею, выполняя функцию бесплатного транслятора нового мировоззрения. Появилась целая армия бесплатных солдат, используемых втёмную. Они сражались за цель, которая находилась за рамками их понимания. Бунтарский дух «стравили» через клапан «хиппи». Молодёжь послушно «потекла» по прорытому каналу. Проблема была решена, напряжение снято.

    Хотя если вдуматься, это противоестественно. Молодых людей подтолкнули в массовом порядке выбрать жизнь, на тот момент прямо противоположную моде и престижу. Это повод задуматься для тех, кто считает нереальной задачу по изменению сознания масс в рамках нашего «Проекта». Ничего невозможного нет.

    В 30-х годах прошлого века мультяшный моряк Папай, поглощавший шпинат в невероятных количествах, подсадил на зелёный овощ всю страну. Компания Ericsson, засветившись в фильме «Завтра не умрёт никогда», с нуля вошла на рынок. Продажи модели часов Omega Seamaster выросли на 900 % после размещения в фильме «Золотой глаз». Том Круз выпил в фильме «Фирма» пиво марки «Ред Страйп», и продажи выросли на 150 %. Использование внедорожника Blazer Шварценеггером в фильме «Правдивая ложь» вывело эту модель на второе по популярности в США место. Обычная песня, мультик, фильм способны изменить направление общества в любую сторону.

    Успех операции «хиппи» вдохновил создателей. В последующем эту технологию успешно применили против СССР. Явление представили протестом молодёжи против западного мира. Троянский конь, выкрашенный в цвет молодости, свободы и протеста, въехал в страны Варшавского блока. В действительности он нёс пропаганду западной цивилизации и потребительских ценностей. Всё началось песнями про свободу, а закончилось наркоманией и педерастией.

    С тех пор технологии манипуляции продвинулись очень далеко. Сегодня они играют главную роль в формировании физиономии современного мира. «Борьба за демократию» сводится к тому, что общество отрезают от культурных корней и размельчают в пудру. Масса становится атомизированной и сверхтекучей. Она расползается, как кисель, её невозможно собрать воедино, сделать из неё конструкцию. Для этого нужны рёбра жёсткости, религия, традиции, уклад жизни, но при демократии всё это целенаправленно размывается.

    Приближение духовной деградации в массовом масштабе очевидно. Далее духовная кома и неизбежная смерть общества, которое мы знаем. Дальше… дальше механически структурируемый хаос, которому не было аналогов.

    Но страшит больше не это. Страшит тотальное непонимание происходящего. Нельзя исправить то, чего не сознаёшь. Как бы много ни было возможностей, они бессмысленны, пока нет видения идущих процессов. Пока не поняты инициаторы и корни, остаются закрытыми цели.

    Люди ленивы. И не только насчёт физически потрудиться, но и насчёт интеллектуально «поскрипеть мозгами». Кому хочется быстрее понять ситуацию и сделать выводы, тот неизменно «плывёт» по заранее прорытым для него каналам. К сожалению, заплыв в этом коридоре возглавляет наша элита. Ей в хвост выстраиваются люди попроще.

    Наш шанс — использовать аналогичную технологию против врага. Можно и нужно учиться у врага, чтобы его разгромить. Пётр I извлёк из поражения под Нарвой урок, и разгромил шведов под Полтавой. Он учился у врагов, будем учиться и мы. Будем учиться непривычной войне. В противном случае уподобимся СССР времён Сталина, объявившего кибернетику буржуазной лженаукой. Чтобы выиграть сегодняшнюю войну, первое, что нужно сделать, это признать решающее значение информационных технологий. Иначе нас ждёт поражение.

    Минимум

    Проблема сводится к чистой технике — довести импульс до критической массы. Чтобы решить её, нужно ответить на два ключевых вопроса. Во-первых, какой минимальный объём должен прийти в движение, чтобы сделать процесс необратимым. Во-вторых, что заставит элиту действовать в указанном направлении, образовывая нужный объём.

    Отвечая на первый вопрос, исходим из того, что общество напоминает матрёшку. Меньшие системы демонстрируют очевидное, хотя и не идеальное, сходство со сверхсистемой. Это значит, технология воздействия на мини-систему сработает и на большую систему. Мини-система в развитии активирует глобальную систему.

    Человечество подвержено влиянию мира метафизики. Это значит, любому человеку завтра в голову может что-то тюкнуть, и он озадачится решением непривычно больших вопросов. Никто не сможет предсказать, когда и где появится такой человек. Кто мог подумать, что ничем не примечательный офицер Декарт со своим «мыслю, следовательно, существую» станет точкой отсчёта целой новоевропейской философии. Но вот взялся же он откуда-то. Или Жанна д’Арк, крестьянка, спасшая Францию от гибели. Или Ломоносов, сделавший до сих пор в полной мере не оценённый вклад в российскую науку. Или… Одним словом, примеры можно множить до бесконечности, и все они противоречат логике. Согласно «огуречной» логике, ничего такого быть не могло. Но это было, и это оказало огромное влияние на историю.

    Мир является сверхсложной и не просчитываемой сверхсистемой, состоящей из малых систем, а те в свою очередь, из мини-систем. Семья и круг личных знакомых являются примером мини-системы. Её критическим объёмом является один человек. Один способен привести систему в движение. Активируя мини-систему, которая раскачивает систему средней величины, а та провоцирует движение большей системы, можно раскочегарить всю сверхсистему. Получается, один человек способен заставить двигаться целое человечество.

    Это вытянутый во времени процесс, но это факт — всякое крупное движение начиналось с одного человека. Он был как клетка, из которой вырастал большой организм. Отличие от светлячков здесь в том, что один светлячок не может изменить ритм целой системы, а человек может. Потому что у светлячка нет интеллекта и воли, а у человека есть. Это даёт возможность одному человеку искусственно задавать импульс, не ожидая счастливого случая, когда некоторое количество людей случайно придёт в синхронное «мигание».

    С точки зрения чистой теории, быть личностью, генерирующей духовный импульс, способен каждый. Если сравнить человека с раковиной, каждый имеет песчинку, из которой через годы может образоваться жемчужина. Песчинка неудобна, мешает «нормально» жить, лишает комфорта, её носитель выглядит идиотом и прочее. Гораздо проще оставаться «простой ракушкой», которая ни о чём не думая, всю жизнь гонит через себя мутную воду. Большинство людей так и поступают. Когда они умрут, после них ничего не остаётся, зато пустыми удобнее жить. И только единицы заботятся о песчинке, и у них рождается жемчужина. Плоть возвращается в прах. Жемчужины-души переселяются из мира ракушек в высший мир.

    Мы берём на себя смелость уверять, у нас есть понимание этого процесса. Сам факт появления первой и второй книг «Проекта» подтверждает — мы не просто рассуждаем на эту тему. Мы последовательно действуем. Первый этап, от личности к мини-системе, пройден. Процесс идёт по классическому эволюционному варианту. Однажды он охватит всё человечество.

    Большое начинается с малого. Мир получился из точки, характеризуемой как исчезающе малая величина, приближающаяся к нулю. Вроде и есть она, но вроде и нет её. Из одного человека получается мировой процесс.

    Мы ответили на первый вопрос: привести в движение Систему может один человек. Никаких гигантских ресурсов и сверхъестественных усилий не требуется. Достаточно одного человека, чтобы процесс пошёл. Если вы свободны и способны автономно действовать, начинайте. Возможно, вы тот человек, с которого начнётся Большой импульс.

    Мотивация

    Переходим ко второму вопросу. Что заставит элиту действовать в указанном направлении? Конечно, изменённое сознание. Чтобы взяться за это, нужно понять, каким должно быть изменение. Вопрос требует глубокого осмысления. Его можно было бы избежать, если бы речь шла о найме исполнителей. Но мы говорим о первых лицах, от которых требуется самостоятельное добровольное действие. Можно собрать большую толпу, но пока в ней не проявится лидер, процесс структуризации не начнётся. Толпа так и останется толпой.

    Показатель такой фигуры — пожизненная преданность идее. Это как с религией: если человек стал христианином, а потом поругался с тем, кто его крестил, это не значит, что он перестал верить в Христа. Личный конфликт не может убить в нём Веру.

    Отцы-основатели отличаются от рядовых исполнителей тем, что могут переругаться друг с другом, но не могут отказаться от реализации идеи. Не могут вернуться к прошлой жизни. Троцкий крепко поругался со Сталиным, но и в Мексике не прекратил своего дела.

    То, что люди будут ссориться, — естественный процесс, полезный для дела. Если собрались настоящие отцы-основатели, уже не имеет значения, поругаются они или нет. В любом случае дело пойдёт. Если поругаются, возникнет несколько групп. Каждая своим путём будет сражаться против демократии. Никто не знает, какой путь самый эффективный, потому что дело новое.

    Попробовавшие высокого не опускаются вниз. Происходит коренное изменение сознания. Возникает новая шкала ценностей. Обывательская масса развивается в одной плоскости, идейные люди в другой. Чем больше проходит времени, тем дальше расходятся плоскости. Через некоторое время даже физически невозможно перескочить из одного мира в другой. Первичный импульс не иссякает, а наоборот, нарастает, если есть катализатор.

    Мы наблюдаем такую ситуацию в России. Тысячелетнее «мигание» в ритме православия создало огромную инерцию движения. Россия в этом плане похожа на гигантский ледник, ползущий и сметающий всё на своём пути. Развернуть его в другую сторону, предварительно не уменьшив массу, невозможно.

    Предназначение демократии — «растопить» православную массу России. Пока не выходит. Россия не только продолжает сохранять православную массу, но и наращивает её. Не находит горячего отклика воинствующая проповедь полной автономности человека от всех ценностей: религиозных, национальных, нравственных, семейных. Православие набирает популярность.

    Переход из инертного состояния в активное возможен, если человек видит в этом смысл. Пока у него нет мотивации, движение невозможно. Бич надсмотрщика является мотивацией раба. Прибыль является мотивацией коммерсанта. Честь является мотивацией дуэли. Примеров тьма. Что является мотивацией для человека, задающего первичный импульс?

    Действовать могут те, кто видит в этом смысл. Люди не ходят на выборы, потому что считают это занятие бессмысленным. Если человек не видит смысла, можете перед ним хоть плясать и соловьём заливаться, реакция будет классическая: «Ты давай бухти про то, как космические корабли бороздят просторы Большого театра, а я пока посплю». Человеку по природе не свойственно совершать немотивированные поступки.

    Мотив, ориентир, цель. Чем определяются эти понятия? Ничем иным, кроме как масштабом человека. Никто не может иметь цель, лежащую за границей собственного мировосприятия. Как бы ни кичились различные консалтинговые группы и пиар-агентства своей эрудицией, интеллектом и творческими талантами, по статусу это наёмники, инструменты достижения чужих целей. Самым важным делом они будут считать то, за что им больше платят.

    Есть две категории людей. К первой относятся те, чьи ориентиры выходят за рамки мира. У второй категории мировоззрение в рамках мира. Собрать критическую массу для запуска процесса синхронизации можно из людей первой категории.

    Чтобы спасти человечество, нужно видеть цель. Целью может быть то, что находится за рамками человечества. Иметь цель в рамках человечества, всё равно, что иметь цель в рамках корабля. Мышление такого объёма обрекает на борьбу за доступ к трюму, что мы и наблюдаем в любом атеистическом обществе. Политика здесь по сути приложение к экономике. При таком мышлении выскочить из западни, в которую попало человечество, нереально.

    На этом этапе «Проекту» нужны люди, цель которых не в том, чтобы устроить свою жизнь здесь, а чтобы устроить свою жизнь там. Это эгоизм в самом высоком смысле слова. Человек живёт по чести ради права сказать «честь имею». Без чести это не человек, это млекопитающее. Какое оно, умное или глупое, богатое или бедное, не имеет значения. Главное, это не личность, это больше мыслящее и хотящее туловище.

    «Проекту» нужны люди, мотивация которых за рамками этого мира. Более подробно эта тема рассмотрена в главах, объясняющих нашу личную цель.

    Однажды наше телевидение организовало «круглый стол» с участием западных журналистов, проживших несколько лет в России. И там французский журналист высказал интересную мысль: мол, пройдёт время, и вы догоните Запад по материальным благам, а вот мы… уже не вернём себе душу.

    Тогда, лет десять назад, во время потребительской лихорадки, никто и не понял, о чём он. Но сейчас…

    Действительно, по материальным благам Запад мы догнали. Но не это важно. Главное, мы спасли душу. Зайдите в храм и обратите внимание, сколько там народу. Правильно, много. Для нас это привычно, а вот иностранцы приходят в шок, увидев такое. Особенно если это не в Москве, а, например в Оптиной пустыни. Представьте, глубоко в лесу, в пяти часах от столицы в храме идёт служба. Народу — не протолкнуться. Монастырская стоянка забита дорогими машинами. Это не Канны, не кинофестиваль и не светский раут. Пропитанное рационализмом сознание иностранного гражданина отказывается понимать происходящее. Ведь у них-то храмы пусты… А вот Россия хранит в себе невероятно огромную энергию, сконцентрированную в народе. Даже самые отъявленные грешники в последний час мечтают «чтоб за все за грехи мои тяжкие, за неверие в благодать, положили меня в русской рубашке под иконами умирать» (С. Есенин).

    Кому-то очень не хочется нашего пробуждения. Нас отрезают от корней и превращают в Иванов, не помнящих родства. Но мы им не по зубам. У нас здоровый сильный дух. Мы молодая, полная жизненной энергии нация, которая, несмотря ни на что, Бога не забыла. Когда весь «цивилизованный» мир молится «золотому тельцу», наш народ Богу молится. Россия — последняя надежда мира. С нами Бог.

    Мы смерти не боимся. Общее направление мысли выражено в словах разудалой и грустной песни «эх, пить будем, гулять будем, а смерть придёт, помирать будем». Нет здесь никакой логики. Придёт смерть, помирать будем. Не будем держаться за жизнь всеми правдами и неправдами. Помирать будем. Предавать не будем.

    Наша задача выявить и объединить людей, честь которых основана не на абстрактных размышлениях и эмоциях, а на вере православной. Как у Евпатия Львовича Коловрата. Мы ищем способ соединить единомышленников в структуру на православной основе, вокруг идеи Православного Царства.

    Если в России возникнет такая группа, это будет означать только одно — в стране появилась самая сильная сила. Никакой ресурс в мире не сможет противостоять честным, смелым и умным людям, которые объединились вокруг общей цели.

    Сегодня на планете две силы. Одна раскачивает массу в такт пошлой потребительской песенке, раздробляя её. Другая под звуки боевого марша объединяет массу в монолит. При столкновении этих двух ритмов потребительская стихия гарантированно угасает.

    Читать дальше =>